?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Картины по ту сторону 1

Игровой текст, описывающий воспоминания Фрэнка Лонгботтома об эпизоде с его первой смертью.


=======================================================

Для тех, кто не в курсе:

Фрэнк Лонгботтом был порван упырями при попытке провести обряд очищения кладбища осенью 1999.

Затем, с помощью хроноворота, Фрэнка в этом эпизоде подменила собой аврор Лилиан Тайлер. Мистер Поттер доставил Лилиан, оборотившуюся с помощью зелья Фрэнком, в прошлый вечер, а Фрэнка из прошлого – в следующее утро. «Воскрешение» происходило утром следующего дня под контролем сотрудников ОТ. В результате вместо Фрэнка погибла Лилиан. Вечная ей память.

Во время смерти (то есть с вечера до утра) Фрэнк находился в Лестрейндж Холле и слышал происходившее там. Также волей Волдеморта Фрэнку была организована встреча с семейством Лестрейнджей. Мастерским решением Фрэнк сохранил часть воспоминаний, полученных ночью.

Воспоминания были извлечены в Хогвардсе профессором Аберфорсом Дамблдором.

Выкладывается на суд широкой публики в рамках рассекречивания архивных материалов, поскольку большинство участников мертвы. Порядок воспоминаний восстановлен для удобства восприятия.


=======================================================

Теперь я верю…

Раньше сомнений было больше.

Смерть похожа на удар молотом, разбивающий вдребезги, и вопрос «хочешь ещё?»

Хочу.

Хочу!!!

Я радуюсь боли. Приветствую её! Я жажду для себя ещё большей боли! Если сопротивляться боли, она парализует. Ей надо радоваться. Обняться с ней как с сестрой, впустить её в свое тело, в свой разум, в свою душу.

Это ещё не бред. Ещё нет. Есть просто вещи, которые надо делать, чтобы жить.

Если вы увидите, что меня перестала мучить совесть – убейте меня. Не ждите. Яд при мне, но я могу не захотеть яда. Я слишком люблю огонь.

Невилл, сынок. Они превозносят меня, но ты должен чувствовать моё второе лицо. Memento more, юный доктор.

Я не верю в вашу мудрость, профессор Дамблдор.

Я не верю твоим слезам, Коукс.

Я верю…

Верю ли я кому-либо? Чтобы узнать ответ недостаточно просто задать вопрос.

Хогвардс прививает привычку прятаться от других и уходить от ответов.

Сумерки. Мы экономим свет. На кафедре одна свеча. Я закрываю глаза.

Света для меня больше нет.

- Ремус, забери мои палочки. Профессор!… Не обожгитесь.

Силенцио максима.

Морфеус.

Легилименс!

=======================================================

Стрекочет хроноворот. Или просто часы. Где-то тихо пикает электроника контрольной схемы. Треть. Оставить. Остановить. Стереть. Смерть. Вот твои 55%. Делай с ними что хочешь. Я надеюсь на твою адекватность. Все готовы? Три… Два… Один… НАЧАЛИ!!!

Темнота. Боль. Тени. Горечь. Я просто жду. Не верю. Не надеюсь. Просто жду своих людей, лежа лицом вверх. Бесполезная теперь сумка валяется в стороне. Правых ноги и руки уже не осталось. Грудь разворочена. Сегодня они голодны и пришли раньше. Смеешься? Досадуешь? Смотри, вот я. Сделал то, что считал должным. Не боялся. Не сомневался. Верил.

Не надеюсь – жду. В свете кладбищенской луны мерцает золотым снитчем раскрученный галеон судьбы. Надо ли объяснять – чьей?

Аверс.

Теперь уже поздно. Вы опоздали. Вы все опоздали. Когти. Зубы. У меня нет горла. Лица. Глаз

Темнота.

Расслабься, аврор. Ты же этого ждал? Ждал же?

Ради чего я жил? Одно слово. Люди.

А умер? Люди.

Не бойтесь, профессор. Я этого не помню.

Шаг. Ещё шаг. Вверх?

Провал. Темнота.

- Дядя Фрэнк?

Я умер, Перси. Тебе просто мерещится.

Провал. Темнота.

Крики боли. Мычание. Кто-то недоволен кем-то.

- И долго вы ещё будете молчать? Что ещё я должен сделать, чтобы вы отвечали на мои вопросы?

- …

- Круцио максима!

Чье-то горло рвет страшный крик.

Провал. Темнота.

Шаги. Скрип двери.

- Империо максима: теперь вы будете отвечать на мои вопросы и говорить!

- Ну, блин, наконец-то! Додумался. Рудольфус подсказал?

О! Голос Дока. Сомнения быть не может.

- Помолчите!

Резкий тон. Он нервничает. Малознакомый голос.

- Я давно хотел поговорить с вами.

- Ну что ж, давайте поговорим.

- Что это у вас за маска, доктор? Что у вас под ней?

- Да так, масочка. Я приобрел её по случаю. Она со мной разговаривает.

Док молодец. Он так толком ничего и не рассказал. Зато я узнал второй голос. Нотт. Мальчик-смерть. Это ты здесь. Почему я не удивлен?

Провал. Темнота.

- Вы умеете танцевать, доктор?

- Немного, а что?

- Сейчас вы станцуете для меня стриптиз. Любопытно будет заняться резьбой по телу костоправа. Империо: раздевайтесь до пояса!

Звяканье пряжки, шорох падающей ткани.

Долгое молчание. Персиваль фыркает, пытаясь сдержать смех.

Ты не этого ожидал, мальчик? Это Док. Привыкай.

Провал. Темнота.

- Я, пожалуй, убью вас, доктор. Персиваль, что вы думаете об этом человеке?

- Ничего.

- Это не ответ.

- …

- Империо! Отвечайте мне как вы относитесь к Фон Шприццу.

- Он мне неприятен.

Конечно, Перси. За это мы его и любим.

- Может быть, мне убить его?

- Убейте.

- А может быть, мне лучше убить вас?

- Пожалуйста.

- Пожалуй, я убью вас обоих.

- Ты можешь сделать и так.

Мальчик, мы все видим игру от начала и до конца. Смотри как все закручено! Пленники делают вид, что устали от твоего общества, но они и не хотят, чтобы ты уходил. Пока ты здесь – они живут и знают, чего ожидать от тебя. Это не пытка и не измывательство. Это даже не испытание. Они боятся остроты края и предпочтут оттянуть падение монеты на несколько скучных минут. Дворцовая интрига. Трое аристократов в застенке, один из них – тюремщик. Спроси теперь у Перси, безразлична ли ему смерть. Он будет отвечать так, чтобы разговор продолжился. Дока можешь не спрашивать. Ты думаешь, что допрашиваешь его, но он на самом деле смотрит на тебя сейчас и думает, как он будет воздавать тебе, если ты решишься поменять вас местами.

- Персиваль, вам что, безразлична смерть? Вы поэтому недавно пытались себя убить?

Богатая тема для долгого скучного разговора.

Провал. Темнота.

Здесь надо молиться. Я теперь знаю как. Я – аврор. Сейчас я удержусь на этой стороне и так. Здесь было очень скучно.

Провал. Темнота.

- Перси, я прошу тебя.

Мелодичный, но очень тревожный и усталый голос Джинни Уизли. Здесь же рядом младший Нотт. «Уговорите своего брата не совершать больше глупостей», сказал он. Злые слова. Перси выбрал свою свободу – по ту сторону. Он не хочет проходить через всё это ещё раз. Но смерть от него также далеко, как и жизнь. Джинни старается:

- Перси, сейчас нужно, чтобы ты жил. Чтобы ты выжил. Пожалуйста! Это очень важно. Ты даже не представляешь себе, насколько! Много людей очень дорого заплатило за твою жизнь. Мы все сейчас переживаем очень тяжёлое время. Сейчас каждый должен сделать хотя бы чуть-чуть больше для того, чтобы это прошло. Многие люди уже сделали это чтобы ты жил. Теперь твоя очередь сделать чуть-чуть больше. Выживи! Сохрани себя, хотя бы ради меня. Ради мамы…

Ты напрасно стараешься, хорошая, добрая и умная девочка. Ты все делаешь правильно, просто ты не достигнешь желаемого. Он УЖЕ выбрал. Тебе просто ещё не видно этого решения. Мертвые же слышат мысли о смерти. Я теперь тоже, да.

Кстати, вот тебе здесь ничто не угрожает.

Потому что ты интересная игрушка.

Не давай им скучать.

Как мне.

Провал. Темнота.

Голоса. Их трудно расслышать, но при желании можно. Голоса врагов, говорящих о тебе. Слушай, Персиваль. Это о тебе.

- Ни словом, ни делом не выдавать…

- Лучше так: ни словом, ни мыслью, ни делом, ни каким либо иным способом. Чтобы даже если…

- А если ему дадут под веритасерумом приказ вроде «скажи как или промолчи, если я прав». Помните Макнейра?

- Тогда пусть сойдет с ума…

- Лучше мягкая кома на час.

- Да.

- Пиши…

- Не говорить никому о делах Темного Лорда или его людей или людей его круга, не выдавать…

- Быстро, старательно и беспрекословно исполнять любой приказ…

Кроится упряжь. Стучит молоток по заклепкам. Успеешь ли ты добежать до барьера, Перси? Дверь закрыта на простой Коллопортус, ты свободен ходить – они забыли ключ слишком близко. Твои руки все в записях – у тебя было перо. Ты завоевал себе свободу ходить по своей темнице.

Сумеешь ли ты ударить первым, чиновник?

Успеешь ли ты?

Попробуешь ли?

Или боишься?

За себя?

За сестру?

Шаги за дверью.

НУ ЖЕ!!!

Провал. Темнота.

- Сейчас мне придётся вас оставить. Вы согласитесь обещать мне не делать больше глупостей? Тогда я оставлю вас просто посидеть здесь. Иначе вас придется опять приковывать.

Шаги. Тихое звяканье оков. Персиваль Уизли продевает в оковы ладонь и протез.

- Что ж. Кстати, Перси, в таком случае вы не напомните мне, где ключ? Вы всегда замечаете такие мелочи.

- Ты положил его вот туда, на полку.

- Да. Спасибо.

Хорошая вещь – тонкая лесть. Надежнее стальной цепи.

Интересно, а что бы сказал я?

Провал. Темнота.

- Вы знаете, мы просто ошеломлены поведением ваших товарищей там, в Хогсмиде. Мы уже никого не ловим. Люди сами приходят и приносят нам подарки. Нам скоро уже некуда будет их складывать. Что вы на это скажете, Перси? Вас самого подарили мне Лестрейнджи – вы были им не нужны.

Молчание.

Обида. Обида за тех, кого предают. Если бы преданное доверие исчезало, то его бы уже давно было не сыскать. Люди доверяют друг другу через силу. Потому что их убеждают что это правильно. Подписал бы кто-нибудь контракт, знай он, что в Хогсмиде его ждет только презрение и Азкабан?

А и что тут скажешь. Не ожидали мы этого? Тогда почему никто не шокирован? Ожидали? Тогда почему ничего не сделали?

Христианская мораль дает трещину. Она отвечает не на все вопросы.

«Иди в рабство или мы заставим тебя убивать твоих друзей».

Смерть окончательна, а жизнь полна неисчислимых возможностей.

А что спасет от удавки – другая мораль? Свобода дороже жизни? Даже чужой?

Рабство, на которое пошел добровольно предпочтительнее рабства, ради которого тебя заставили убить своего друга?

Меня захлестывает презрение пополам с жалостью к тем, кто угождает палачам. Своим палачам. Ну как так можно?...

Почему люди боятся гнева палача, а не гнева совести?

Возможно потому что тот, кто даже не подходил к запретной черте, не уверен – есть ли у него совесть.

Мы вынуждены верить в то, с чем не сталкиваемся. Или вольны в это не верить. Ведь не увидев смерть своими глазами можно думать, что её нет. Как бы знать, что смерть есть, – но не верить в её возможность. И тогда не увидишь фестралов.

А вы смотрели в глаза своей ненависти?

Своему гневу?

Своему отчаянию?

Они у вас вообще есть?

Спасет ли нас огонь?... Спасет.

Не выполнять условия террористов.

«Позвольте мне предавать вас или я умру».

За наглость – бить наотмашь.

Давно пора.

Персиваль Уизли молчит. Мне тоже нечего сказать.

А что скажете вы, профессор? Вам же не всё равно?


Tags:

Comments

( 16 comments — Leave a comment )
framuga
Mar. 18th, 2009 05:16 am (UTC)
ПОД КАТ!
nott__theodore
Mar. 18th, 2009 08:40 am (UTC)
Ну, скажем так: с некоторыми своими высказываниями я согласен, было. Но некоторые точно не мой стиль. :)
Впрочем, если бы те же самые события описывал я - было бы одно, Рудольфус - другое.
Спасибо. Вообще цепляет...
xing_aka_kelos
Mar. 18th, 2009 08:45 am (UTC)
К сожалению, часть ночи я пропустил и окончание истории со Шприццом не видел. Так что кое-где здесь не реальная память, а реконструкция. В несущественных количествах. Впрочем, де-факто я присутствовал в комнате во время всех описываемых событий.
nott__theodore
Mar. 18th, 2009 08:48 am (UTC)
Реконструкция? :)
Ну так и пиши - По мотивам реальных событий. :)
xing_aka_kelos
Mar. 18th, 2009 08:52 am (UTC)
Чисто технически нет причин, по которым Фрэнк не мог помнить всё именно так. Тем более, что восстанавливалось со слов Фон Шприцца где-то через два дня после событий. Ты же имеешь в виду фразу про костоправа?
nott__theodore
Mar. 18th, 2009 09:01 am (UTC)
А. Тогда понятно отчего я так выражаюсь. :)
Кстати, я никогда не зову Рудольфуса по имени, он меня раза в три старше.
xing_aka_kelos
Mar. 18th, 2009 09:13 am (UTC)
Извини, этот момент я помню твердо.
Я тогда не знал Макса в лицо и иначе не определил бы что это - Рудольфус.

А что до пересказанного куска - пусть он останется в тексте как дань памяти Фон Шприццу. Он все-таки вытащил Фрэнка известно откуда, да и умер совсем рядом. Так что я предлагаю считать, что это характерный пример перетекания воспоминаний между мертвыми. Естественно что воспоминания Фон Шприцца слегка искажены - они вторичны, а он был псих.
xing_aka_kelos
Mar. 18th, 2009 09:16 am (UTC)
Перечитал внимательно. Вероятно имеет смысл во втором вхождении исправить "Давай, Рудольфус" на более вежливую форму. Скажем, "Начинайте, мистер Лестрейндж!"
xing_aka_kelos
Mar. 18th, 2009 09:21 am (UTC)
Выловил ещё баг. В одном месте Рудольфус был назван братом Беллатрикс. Fixed.
nott__theodore
Mar. 18th, 2009 09:37 am (UTC)
О, Боже! Забей это править. Все не поправишь.
xing_aka_kelos
Mar. 18th, 2009 10:01 am (UTC)
Гыгы. Текст вылизывался и вылеживался год. Багов осталось ничтожно мало.
nott__theodore
Mar. 18th, 2009 10:03 am (UTC)
Ну я то знаю что и как я говорил. :)
xing_aka_kelos
Mar. 18th, 2009 10:07 am (UTC)
В тексте и так уже предостаточно кусков подводных скал. Эта часть признается художественным приемом.
Общий смысл разговора передан верно? Сектумсемпра же потом была?
nott__theodore
Mar. 18th, 2009 10:11 am (UTC)
Сектумсемпра была. И не одна. А дарили мне не Перси, а Шприцца. Просто я потом с трудом махнулся с Рудольфусом подарками. Э... как-то так. В общем, там все долго было.
numenel
Mar. 18th, 2009 09:40 am (UTC)
А я думала над этим моментом в тексте и решила, что имеется в виду Регулус.
shrutitt
Oct. 19th, 2010 07:38 pm (UTC)
люблю наши ванильно- кофейные посиделки аля секс в большом городе))
( 16 comments — Leave a comment )